Письмо из прошлого: генерал Кумсков – землякам

В 1985 году, более 40 лет назад, в редакцию районной газеты пришло письмо от Героя Советского Союза, нашего земляка Виктора Александровича Кумскова.

«Уважаемые товарищи! Сегодня получил от вас письмо, в котором вы просите меня поделиться на страницах вашей газеты воспоминаниями о делах теперь уже далекого прошлого как участника Великой Отечественной войны. Откликаясь на эту просьбу, я немедленно взялся за перо и тут же встал перед постоянной проблемой: с чего начать. После некоторых размышлений, я решил начать с того момента, когда связал свою судьбу с авиацией.
Родился я на хуторе Дуплятка в 1921 году. С детских лет и до окончания 7-го класса проживал там же: учебу в школе сочетал с активной работой в колхозе в периоды летних каникул. В эти же годы приобщался к спорту (волейбол, футбол, шахматы, городки), с которым не порываю до сего времени, являюсь кандидатом в мастера спорта по городкам.

В 1937 г. после отличного окончания семилетки я поступил учиться на рабфак в г. Борисоглебске. В 1938 г. вступил в комсомол. Как активного комсомольца и успевающего в учебе студента бюро ВЛКСМ меня рекомендовало для поступления в аэроклуб. Для меня, деревенского парня, это была большая неожиданность и огромная ответственность. Долго сомневался в своих способностях постигнуть такую новую для меня науку и специальность. Конечно, нелегко было сочетать учебу в аэроклубе и на рабфаке.

Немало было трудностей и бытового характера. Однако все они были успешно преодолены: в 1940 г. мне удалось закончить обучение и на рабфаке, и в аэроклубе. В этом же году я был принят в Балашовскую авиационную школу пилотов. Заканчивать ее пришлось в труднейшие для нашей страны военные 1941 – 1942 годы.
Несмотря на все испытания, о которых можно написать самостоятельный рассказ, летом 1942 г. я окончил эту школу, а в декабре того же года переучился на новый по тому времени самолет-штурмовик.

В 1943 г. началась моя боевая деятельность. Так я связал дальнейшую свою жизнь с авиацией.
Прежде чем начать рассказ о боевой работе на фронтах войны, в нескольких словах познакомлю с самолетом-штурмовиком ИЛ-2. Это считаю необходимым сделать потому, что, наверное, молодежь не имеет представления о нем, его особенностях как летательного аппарата.

Самолет ИЛ-2 был одномоторный, двухместный, бронированный моноплан. Броня защищала экипаж (летчика и воздушного стрелка), мотор и бензин от пуль и осколков снарядов. На самолете было 2 пушки, 2 пулемета, 8 реактивных снарядов (типа «Катюши»), 600 кг бомб. Действовали штурмовики по танкам, артиллерии и пехоте, в основном на поле боя. Атаковали наземные цели с пикирования с высоты 1000 м и до 50 м. Этот самолет наша пехота называла «летающим танком», а фашисты – «черной смертью».
Звание Героя Советского Союза летчикам на этом самолете присваивали за 80 и более успешных вылетов. Мне довелось совершить 200 боевых вылетов. (Надо сказать, что боевым вылетом считался тогда только такой, когда бомбы попадали прямо в указанную цель).

Ну, а теперь позвольте рассказать и о некоторых наиболее запомнившихся мне вылетах.
Стояло жаркое лето в 1943 году. На Курской дуге продолжались ожесточенные кровопролитные с обеих сторон бои. 3 августа войска Воронежского фронта, успешно отразив наступление фашистских армий, сами перешли в решительное контрнаступление на Белгородско-Харьковском направлении.

90-й гвардейский штурмовой авиационный полк, в котором довелось мне участвовать в войне, в этот день вел напряженные боевые действия по поддержке войск. Я в течение дня совершил три боевых вылета, получив, таким образом, боевое крещение. Каждый вылет сопровождался яростным огнем зенитной артиллерии и атаками фашистских истребителей. Мой самолет получал по нескольку пробоин, однако всякий раз он возвращался на свой аэродром. Но вот из одного полета мне не удалось вернуться. А было это так…
17 августа 1943 г. группа 8 ИЛ-2, в составе которой находился и мой самолет, наносила удар по железнодорожной станции Воромля (Сумская область). Боевой полет вначале выполнялся без особых приключений: все шло по разработанному плану. Над целью мы встали в свой традиционный «круг» самолетов и последовательно атаковали железнодорожные эшелоны. После первых атак на станции видно было несколько крупных взрывов, появились очаги пожаров, поднялась паника среди фашистов. Тут же зенитная артиллерия открыла яростный огонь. Во время одной из атак мой самолет получил серьезное повреждение рулей управления и стремительно приближался к земле; ситуация казалась безвыходной – вариант был один – врезаться вместе с самолетом в эшелон врага. Однако на высоте 30-40 метров с помощью дублирующего устройства (триммера) мне удалось вывести самолет в горизонтальное положение и самостоятельно продолжить полет в сторону своих войск.

В это время откуда-то появилась пара фашистских истребителей, которые немедленно стали атаковать мой одиночный неуправляемый самолет. В первой же атаке они тяжело ранили воздушного стрелка Антона Выговского – мужественного человека. Он, стоя на одной ноге (вторая была оторвана), до последнего патрона вел оборонительный огонь по истребителям. Но силы были не равные. В последующих заходах был выведен из строя мотор, получил ранение и я. Самолет упал, к счастью, в расположение своих войск (200 метров от линии фронта). Здесь подоспели наши пехотинцы. Они оказали помощь воздушному стрелку и мне, эвакуировали нас из опасной зоны обстрела артиллерии и минометов. Затем я доставил А. Выговского в эвакуационный госпиталь, а сам на другой день возвратился на свой аэродром, но только пешком без самолета.

После пятидневного лечения получил новый самолет и нового воздушного стрелка Михаила Герасимова и продолжил свой счет боевым вылетам. Много было различных сложных ситуаций, но такой трудной не повторилось. В ходе войны я участвовал в освобождении Польши, Румынии, Венгрии, Австрии, Чехословакии. День Победы встретил на аэродроме под Прагой.

На моем боевом пути встречалось очень много прекрасных товарищей. Так мне довелось участвовать в боях вместе с известным космонавтом Дважды Героем Советского Союза Г.Т. Береговым. Наша дружба продолжается и сейчас. Мой воздушный стрелок Михаил Герасимов награжден всеми орденами Славы.
После войны я свою жизнь связал с педагогической деятельностью. В 1951 г. после окончания Военно-Воздушной Академии им. Ю.А. Гагарина – остался в ней на преподавательской работе. Защищал диссертацию кандидата военных наук, в 1976 г. мне было присвоено ученое звание – профессор.

Уважаемый товарищ редактор. Прежде всего выражаю признательность за предоставляемую возможность выступить на страницах Вашей газеты. Одновременно прошу не сильно критиковать за стилистику текста – писал его с космической скоростью. Отдаю все это на Ваше решение отрецензировать и, если сочтете целесообразным, то и сократить.
Если напечатаете эту мою записку в газете, то не посчитайте за труд выслать в мой адрес, хотя бы один ее экземпляр.

С искренним уважением,
В.А. КУМСКОВ,
Герой Советского Союза, профессор, кандидат военных наук, генерал-майор авиации, 1985 год»

А спустя 10 лет, в 1995-м, в стенах редакции состоялась долгожданная встреча с генералом Кумсковым, которую организовал и провел на тот момент главный редактор Николай Алексеевич Савельев.
Виктор Александрович был очень откровенен с новониколаевскими журналистами и охотно отвечал на вопросы. Так об учебе в Борисоглебском рабфаке он вспоминал с улыбкой: «Ребята на рабфаке учились в основном городские, и их смешили слова, столь часто употребляемые сельскими мальчишками: «куды», «чаво»? Смеялись над такой неправильной речью и учителя, преподаватели. Время было предвоенное и достаточно тяжелое. Ездили за «харчами» в родную Дуплятку. Спасала картошка и исправно получаемая стипендия».
Рассказал в тот памятный день сотрудникам редакции Виктор Александрович и о своем боевом крещении на Курской дуге, где его «горбатый» ИЛ-2 сбили. Но недаром из училища их, недоучившихся, инструктор напутствовал так: жить захочешь – летать будешь.
После войны поступил Кумсков в военную академию воздушных войск. Весь его курс составляли летчики, прошедшие через пекло войны. Поэтому все они были орденоносцы, многие Герои Советского Союза. В шутку их на кафедрах называли «золотой ордой», столько почетных регалий было у каждого из них на мундирах и в первую очередь Золотая Звезда.
Журналисты задавали Виктору Александровичу разные вопросы. Например, как оценивались боевые вылеты во время войны? Оказывается, в гондолу шасси был вмонтирован специальный фотоаппарат. При пикировании бомбардировщика на высоте 600 метров летчик ведущего самолета нажимал на специальный рычаг. Фотосъемка начиналась. А заканчивал ее последний штурмовик, фотографировавший объект после нанесения бомбового удара. Наводились такие фотоаппараты автоматически.
Много говорили тогда и о положении, в которое попала армия в 90-х г.г. Удручала Героя эта ситуация: «Армия наша оставлена без топлива, новой техники. Летчики не набирают нужного количества полетов. Теряют и квалификацию, становятся небоеспособными. Широко известна истина, что народ, не захотевший кормить собственные Вооруженные силы, рано или поздно станет вынужден содержать чужих солдат и офицеров».