Бомбёжка станции

25 июля – день памяти и скорби.

25 июля 1942 г. – один из дней Великой Отечественной войны, который ворвался в судьбы наших земляков страшными разрывами снарядов.

Воспоминания очевидцев хранятся в формате записей в районном краеведческом музее.

А.М. Климова, очевидец бомбёжки станции Алексиково:
«25 июля 1942 года. После обеда мама и сестра прилегли отдохнуть, а я убежала к девочкам. Жили мы тогда на улице Народной, 57 в той половине, в которой потом с 1953 года стала жить семья Н.П. Левченко, в которой тогда уже рос маленький Толик, ставший потом Героем Советского Союза.

Звук летящих самолётов привлёк наше внимание. Я быстро вскарабкалась на цыплячий домик, возле которого мы любили играться. Так как я умела уже считать, хотя в школу ещё не ходила, стала считать вслух летящие самолёты. Похоже, я потеряла время, когда влезала на сарайчик, и насчитала только до 11, хотя, как потом выяснилось, самолётов было больше. Они летели как бы по Урюпинской железнодорожной ветке примерно с Калачёвского направления. Только произнесла «одиннадцать» – услышала первые взрывы. Молнией метнулась с сарайчика домой, а навстречу мне бежала мама, раскинув в стороны руки, истошно крича: «Аля!».
Схватив приготовленный папой на такой случай портфель с сухарями и документами, мама взяла меня за руку, велев сестре бежать рядом. Мы устремились на противоположную сторону улицы, где предусмотрительно были вырыты канавы для укрытия. Там мы переждали налёт. Вместе с нами были и другие женщины с детьми.
На железной дороге рвалось всё, что могло взорваться. На станции в это время стояли эшелоны с военными. Многие солдаты не смогли добраться до фронта, погибнув на нашей земле.

На следующий день с немецкой педантичностью самолёты с чёрной свастикой появились вновь в тот же час, но их встретили советские самолёты, которые базировались, как говорят, на аэродроме хутора Дуплятский. Строй немецких бомбардировщиков был рассеян, и бомбы стали падать не только на железную дорогу, но и на дома. Воронка до сих пор видна в нашем дворе, тогда здесь были сады. Некоторые бомбы ушли глубоко в почву, не разорвавшись. Так, на северо-восточной части станции бомбу извлекли уже в 60-е годы, чуть позже – ещё одну бомбу, которая долго пролежала около южного переезда.

Второй день бомбёжки мы провели в тех же укрытиях. Но было ещё опаснее, казалось, что пули свистели прямо над головой, так как шла перестрелка в небе. И хотя наших самолётов было меньше, они свою задачу выполнили, прогнав врага…».

Наш корр.