Стояли насмерть

Воспоминания участника обороны Сталинграда В. Материкина.

(Продолжение. Начало 3,6,12 февраля)

Первый день боя

Стрельба возобновилась, но уже чаще с нашей стороны. Бойцы энергично прощупывали огнем позиции противника, которые не просто было обнаружить, так как немцы просочились вглубь нашей обороны в разных направлениях. В такой обстановке надо было связистам проложить связь к отдельным ротам. Подыскали небольшую землянку, установили в ней коммутатор и двое связистов с телефонными аппаратами и катушками с кабелем поползли по склону оврага, прокладывая линию.

Опасность была большая, в любой момент можно было угодить под обстрел немцев. Что и произошло. Ребята вернулись, и один из них с укором сказал: «А зачем, собственно, нам вдвоем тащить такой груз, да еще под прицелом у фрицев? В том направлении уже проложены провода тех, кого мы сменили, поутихнет стрельба, тогда один из нас с телефонным аппаратом и двинется вдоль провода». Совет был разумный, и вскоре он уже установил связь. В тот день это было, пожалуй, нашим единственным достижением. Спустя несколько минут произошло то, что круто повернуло судьбу всего батальона и нас, связистов.

На горизонте появились немецкие самолеты и стали яростно бомбить участок к северу от завода. Все бойцы немедленно прекратили стрельбу, залегли на дне траншеи. Бомбы с воем и свистом летели на землю и, разрываясь, поднимали вверх тучи глины и песка, которые потом обрушивались на защитников. Стоял сплошной гул. Для нас, новичков, это показалось тогда каким-то адом. Так и ждешь, весь съежившись, что бомба сейчас непременно угодит в тебя. А она, разорвавшись поблизости, шарахает горячей взрывной волной поверх траншеи, так и кажется, что тебя вот-вот выбросит наружу, даже все внутренности втягиваются кверху. С небольшими паузами бомбежка длилась долго, часть траншеи была разрушена, бойцов засыпало песком и глиной, многих убило, ранило, контузило. После удара авиации на позиции батальона бросилась пехота противника при поддержке танков. Завязался тяжелый бой. Наши солдаты, опомнившись от бомбового удара, открыли по наступающим гитлеровцам такой силы огонь из всех видов стрелкового оружия, что в воздухе стоял сплошной оглушающий треск. Били все: и пехотинцы, и пулеметчики, и минометчики, и бронебойщики, и связисты, все, кто был в траншеях. В этот удар была вложена вся ярость и злость за перенесенный страх от налета авиации, за гибель своих товарищей. Неоднократные атаки противника отбивались с большими для него потерями. Атаки немцев, надо сказать, были хорошо подготовленными и велись быстро, напористо, с какими-то громкими и лающими криками, вроде: «Рус, буль-буль.., сдавайс..!». В ответ из наших траншей слышалось злобное: «Вот ты у меня, стервец, сейчас булькнешь!», – и боец выпускал длинную автоматную очередь. Наши воины несколько раз переходили в контратаки, отбивали метр за метром волжские берега. Но, к сожалению, потери были огромны. А как мы радовались, когда с левого берега Волги услышали залп «Катюши», какой-то прерывисто-воющий, надрывный! Её мины, пролетая в небе над нашими позициями, были видны темными пунктирами, затем в глубине противника слышались частые и мощные разрывы. Это воодушевляло нас, значит, о нас помнили, нам помогали.
Вот как описывает маршал Чуйков в своей книге «Начало пути» первый день боя двух переправившихся через Волгу стрелковых батальонов.

«В ночь с 27 октября к левому берегу Волги начали прибывать полки 45-й стрелковой дивизии, которая по приказу командующего фронтом включилась в состав 62-й армии. За ночь нам удалось переправить только два батальона этой дивизии, остальные во избежание напрасных потерь были отведены назад, в Ахтубу. Переправившиеся батальоны я подчинил командиру 193-й дивизии. Они заняли оборону между заводами «Баррикады» и «Красный Октябрь». Перед ними была поставлена задача не допустить противника к Волге, к переправе. Узнав, вероятно, о прибытии свежих сил в заводской район, противник почти целый день бомбил участок между заводами. На боевые порядки батальонов обрушились бомбы до тонны весом. Затем, как всегда, после удара авиации на этот участок бросились в атаку пехота и 35 танков. После неудачи первой атаки противник предпринял вторую и третью… За день боя батальоны потеряли половину своего состава, но врага к Волге не пропустили. К вечеру противнику удалось захватить северо-западную часть завода «Красный Октябрь». Там завязался упорный бой, длившийся многие дни и недели».

Да, в тот первый бой батальона потеряли около 800 человек. Пал смертью храбрых командир нашего батальона старший лейтенант Пинчук, мужественный человек, заботливый и чуткий. Пали многие командиры рот, взводов, отделений, пали рядовые бойцы, но все они честно выполнили свой патриотический долг до конца перед священной матерью-Родиной.

(Окончание следует)

На снимках:

Бой в районе завода «Красный Октябрь», автор фотографии Владислав Микоша

Бой в районе завода «Красный Октябрь», автор фотографии Григорий Капустянский

РИА Новости